Дорога в небо намного короче с крыши. Соседи праздновали жизнь, как обычно: горели огни в окнах, звенел хрусталь, разрывала тишину латинская музыка, которую мы со временем перестали воспринимать. Мы лежали, тесно прижавшись друг к другу под одеялом из пестрых лоскутков, опьяненные неожиданной близостью, завороженные красотой небесного полотна. Голова кружилась. Было тепло и уютно в твоих объятиях. Запах парфюма и табака. Такой восхитительный и родной.

Я сходила с ума от твоего британского акцента. Ты рассказывал тихим голосом про звезды. Про гордую Кассиопею, про созвездие Ориона, про Полярную Звезду. Я перебивала, торопилась, рассказывала свои истории, на ходу сочиняла и бесстыдно превирала. Ты мне не верил, но делал вид, что идиллия настоящая.

А потом было желание, вожделение, похоть в горящем море свечей с тяжелым запахом нарциссов. Легкие, невесомые прикосновения. Ты медленно исследовал мое тело, рисовал контуры, ласкал и гладил. Твои губы сливались с моими в алчных поцелуях. Я забывала: где я, где ты. Стирались границы. Плоть горела и плавилась, превращалась в кипящую лаву. Я умоляла тебя утолить мою страсть, избавить меня от этой сладкой пытки…

Эта ночь пролетела бесшумно: когда мы очнулись, усталые и опустошенные, горизонт тонул в лазурных водах небосвода, опаленных золотом восходящего солнца. Нет, радуги не было, но мы видели белоснежную мраморную лестницу, ведущую в небесный чертог.